Бадшахи

По статистике январь — самый сухой месяц в году в Лахоре. Дождей практически не бывает, и город укутан полотном из смога и пыли.

Я смотрю на пунцовое, подозрительно облепленное облаками небо, и понимаю, что где-то в статистике образовалась брешь, из которой скоро польется вода.

Ну, а пока что над городом парят орлы, высматривая внизу добычу, а я собираюсь на прогулку.

— Я тут, спускайся! — ее голос, льющийся из телефона, отрывает меня от наблюдений за облаками и орлами, и я выхожу на улицу.

Такси у гостиницы нет, зато есть тук-тук, из которого мне машет Шахин. (далее…)

Лахор

— Вы уже видели Старый Город? — вопрошает Ноуман после очередной фотосессии.

В ресторане на крыше становится малолюдно, на город опускается непроглядный туман и накрывает крышу серым полотном.

— Еще нет. — Мы с Шахин, девушкой из Маврикия, переглядываемся.

Остальные участники сегодняшней Каучсерфинг вечеринки уже разошлись, осталось буквально пару человек. (далее…)

Мултан

— Паспорт и виза! — командует охранник в маске на входе в автовокзал.

Тщательно проверив документы, покопавшись в рюкзаке и пропустив через металлодетектор, он впускает меня в полупустой автобус.

Перед отправлением в салон заходит человек с видеокамерой и снимает всех пассажиров, а мне жестом показывает снять маску.

От Карачи до Мултана около двенадцати часов езды, и я настраиваюсь на долгую поездку.

За окнами тянутся бесконечные трущебы, в которых живет более шестидесяти процентов этого многомиллионного города. (далее…)

В Пакистан

— Ты кто такой? — подозрительно спросил я человека в шальварах и с рыжей крашенной бородой.

— Да Дед Мороз я! — возмутился он и нахлобучил шерстяную тругольную шляпу. — Неужто не признал?

— А что за прикид?

— Какой подарок, такой и прикид. — ворчливо ответил бородатый и запустил руку в засаленный мешок, в котором угадывалось нечто похожее на автомат.

Я отпрянул назад.

— Не тот. — успокоил Дед Мороз. — Я забыл, твой же в кармане.

И он протянул мне помятый конверт. (далее…)

Дивный Новый Мир

Новехонькое здание с космическо-футуристическим дизайном практически безлюдно. Позади остался красавец Измир.

Днем он залит солнцем, источающим благодать для всех выпущенных наружу, а по ночам воздух наполняется саднящим горло дымом от сжигаемого для отопления угля. Надеюсь, свидимся снова, в лучшие времена.

Ну, а сейчас, я в здании космодрома, пардон, аэропорта. Вокруг сияют россыпями ламп бескрайние галактики потолков, километры коридоров, выложенных плиткой, надраены до блеска, в белых гиганских кадках, расставленых через каждые несколько сот метров, спят пальмы. А вот людей нет.

Зато из динамиков системы оповещения льется серебристый голос.
— Не забудьте надеть маску и держите социальную дистанцию для вашей собственной безопасности. (далее…)

Прогулки

По предпоследнему распоряжению турецких властей на выходных в городе ввели комендантский час.

То есть после восьми вечера на улицу ни-ни. Это потому, что в темное время суток Коронавирус особенно суров и лучше его не искушать.

Однако, по последнему распоряжению этих самых властей комендантский час не распространяется на иностранных туристов. Судя по всему, вирус весьма уважает фунты, евро и доллары. (далее…)

Алсанджак и Бостанлы

Я выхожу из залитого утренним солнцем парка и ныряю в переулок. Он выводит меня к месту встречи — мечети Алсанджак.

Возле нее таксисты лениво играют в турецкие нарды, а рядом набожный чистильщик обуви водит темным пальцем по странице Корана.

Я застываю у входа и всматриваюсь в лица проходящих. Они скрыты за масками всех мастей и узоров, где там мусульманской парандже. Лишь глаза тревожно поблескивают, да у некоторых, особо мятежных, торчат кончики носов. (далее…)

Измир

Я вылетаю ночным рейсом из пустого одесского аэропорта, который и в былые времена нельзя было назвать оживленным местом.

Теперь же рейс на Стамбул — целое событие. До Измира меня регистрировать не хотят, мол не дружит Мау с Пегасусом.

Ну и ладно, у меня все равно в запасе шесть часов, может, даже удастся поспать.

В самолете естественно все в масках, а стюарды и стюардессы во всех этих слоях защиты похожи на операционную бригаду, сбежавшую из больницы. (далее…)

Нури

Как же сегодня печет солнце! Оно только начало свой утренний обход небосвода, но уже залило все ярчайшим светом, да таким, что больно глазам.

Я уже позавтракал остатками чьего-то вчерашнего ужина и даже угостился кусочком свежего лахмаджуна у знакомой официантки в кафе у мечети.

А теперь можно и отдохнуть. У меня есть несколько укромных местечек в тенечке, и я устраиваюсь в одном из них, у домашней кухни, с прицелом на обед.

Дверь открывается и на пороге появляется маленькая хозяйка с добрыми глазами.

— Нури! Опять ты тут, лежебока! — восклицает она с притворной строгостью. — А ну ка пойди жирок раструси, а то вон какие боки намечаются. (далее…)

Анталия

Очередной рейс в масках подходит к концу. Самолет заходит на посадку, и стюардессы прячутся за шторки. Они мужественно сражались с упорно высовывавшимися из-под масок носами пассажиров, страждущих кислорода, но вышли побежденными в этой неравной схватке.

Я лечу в Анталию, от которой отлынивал все эти годы. Волею зловредного вируса и закрытых границ, спустя много стран и городов я, наконец, попаду в эту русскоязычную туристическую Мекку.

Самолет грузно плюхается на землю, и я со своим худосочным рюкзаком миную багажную ленту и выползаю наружу. В лицо пышет жаром. Я смотрю на термометр на телефоне, а потом, не поверив глазам, еще раз. +41. И это в средине сентября. (далее…)

Привет, Стамбул

Привет, Стамбул, старый знакомец! Сколько это мы не виделись с тобой?

С января, когда ты, пропитанный сыростью зимних штормов, зябко ежился и ютился в серости туманов?

Или нет, подожди, я заскакивал к тебе в марте, по пути домой из Индонезии. Но это, наверное, не считается. Так, мимолетная встреча в аэропорту.

И вот, в сентябре свиделись мы снова, уже который раз. Пятнадцатый, двадцатый, не помню, я сбился со счету.

Я узнал тебя еще в воздухе — по рыжести бесчетных крыш, многоэтажным зданиям-грибам, словно выросшим после кислотного дождя жадности Эрдогана и островкам в нашем Черном Море, которое с этой стороны называется Karadeniz. (далее…)

Утро

Этим утром я просыпаюсь поздно, а проснувшись, валяюсь и кайфую. От того, что не нужно ехать десять часов по разбитым дорогам, пробираясь между незыблемых коров.

А еще от того, что вокруг тишина, и слышно пение птиц. Да, где-то в отдалении раздаются гудки, но они ни в какое сравнение не идут со вчерашней шумовой атакой.

Воздух свеж и слегка влажен. Он проникает в приоткрытое окно и обещает приятный нежаркий день.

Но тут идиллию прерывает громкое: «Room cleaning!», и кто-то начинает ломиться в дверь.

— No, thank you! — кричу я в ответ и слышу удаляющиеся шаги.

Вывалявшись как следует, я отправляюсь исследовать город. В голове уже сложился план действий.

Я наслышан о Ришикеше и его сомнительной славе мировой столицы Йоги и мне не терпится посмотреть на все это изобилие духовных продуктов. (далее…)

Прибытие

— На сколько дней вы к нам, сэр? — спрашивает меня благообразный индус средних лет с небольшим брюшком. — Уже записались на йога курс в какую-нибудь из школ?

— Пока что нет. Буду смотреть. Поэтому на три дня, а если понравится, то дольше. — отвечаю я и рассматриваю гэстхаус с уютным названием Mama Cottage.

Прямоугольники белых зданий с охровой каймой, а за ними зеленые холмы уже укрытые вечерней дымкой.

Я достаю кошелек, но индус жестом останавливает меня и предлагает сначала посмотреть комнату на втором этаже.

Маленькая, но уютная, с санузлом внутри и подозрительно хорошим сигналом роутера, она вызывает у меня симпатию, к тому же, я валюсь с ног после десятичасового путешествия из Дели. Я снова достаю кошелек, но снова он останавливает меня и приглашает на первый этаж. (далее…)

Дели — Ришикеш

— Харидвар, Харидвар! — торопит водитель плотного усатого индуса в серой рубахе. Тот проходит по салону и начинает усаживаться возле меня.

— Good morning, sir! — говорит он и то ли кивает мне, то ли просто раскачивает головой по своей индусской привычке, этого я пока понять не могу. — Харидвар?

— Ришикеш, — отвечаю я. (далее…)

В Ришикеш

Я просыпаюсь от назойливой мелодии будильника и, отряхивая остатки сна, пытаюсь понять, где я нахожусь.

Узкая комнатка с сероватыми стенами, устало пыхтит трудяга кондиционер, а за мутным оконцем розовеет утро.

Ах, ну да! Я же в Индии, в славном городе Нью-Дели, в районе с обманчиво благозвучным именем Green Park.

И сегодня у меня переезд в Ришикеш, Мекку всякого рода садху, йогинов, гуру и прочих бородатых искателей. Автобус отправляется с центральной автостанции через полтора часа, а мне еще нужно успеть позавтракать, и на метро.

Я иду на кухню и с удовлетворением вижу, что там уже вовсю орудует Раджеш. (далее…)

Тали и Ану

Я сижу на первом этаже ресторанчика Evergreen и мужественно сражаюсь с тарелищей тали.

Это моя первая серьезная трапеза в Индии. Я пробрался сюда в сумерках по кишащим мотоциклами и тук-туками улочкам, глянул в необъятное меню, а потом тыкнул в соседний столик.

Там пожилая пара уплетала что-то очень пахучее из железных тарелок, больше похожих на подносы, на которых внутри стояло множество маленьких посудинок.

— Хочу это.

— Тали, мистер? (далее…)

Нью-Дели. Прибытие

Так много нерассказанных историй, несплетенных из волокон памяти ковров.

А река времени мчится, и небо становится ближе с каждым днем.

Поэтому сегодня я выхожу из дома Рутины, ловлю такси Памяти и выкрикиваю шоферу в тюрбане: «В Индию!».

Я вылетаю из Борисполя вечерним рейсом на Нью-Дели. Коронавирусом еще не пахнет, аэропорт ломится от пассажиров. (далее…)

Йогьякарта. Больница

С Йогьякартой у меня не заладилось с самого начала. То есть с первого вечера. Потому что днем я прибыл на поезде из Соло на станцию в бодром расположении духа. (далее…)

По Кратеру Вулкана

С вечера я ставлю будильник, чтобы не проспать, но будит меня телефонный звонок. Набирает водитель, чтобы сказать, что он будет на тридцать минут позже. Я недовольно бурчу в трубку, но сам тихонько радуюсь, что можно еще полчаса поваляться. (далее…)

Бромо

— Бромо? — переспрашивает Сони. — Так он же закрыт для посещений в феврале. Там местные индуисты проводят церемонии.

— И что, даже со стороны нельзя на него прсмотреть? — упорствую я.

Сони морщится и переглядывается со своим товарищем, флегматичным индонезийцем в очках. Они перебрасываются несколькими фразами на бахасе. (далее…)

Ломбок

— Никогда не выезжала с этого острова? — переспрашиваю я.

Она кивает головой.

— И даже на Бали?

— Мой дом тут, семья тут. И не принято у нас путешествовать. Из деревни никто не отлучается особо кроме как для продажи платков. (далее…)

Паром на Ломбок

— Да, Австралия — это рай. А не говорят об этом австралийцы потому, что не хотят этот рай испортить. Зачем нам больше людей? — он лукаво улыбается и смотрит на меня. — И океан, и природа. Мои родители переехали из Англии, когда мне было четыре, и обратно их совершенно не тянет. (далее…)

Санур

За окном постукивает дождь, на reception прячется под крышей худенькая рыже-белая кошка, а я постукиваю клавишами с тем, чтобы нарисовать первые пару дней на Бали. (далее…)

Перелет

Какой длинный выдался день, а вернее сутки. Еще вчера я вылетал из чахлого, хоть и нового терминала Одесского аэропорта. Не смотря на то, что вылетов из него за весь вечер всего два, организовать подачу автобусов к самолетам ну никак не получается. (далее…)

Море мое море

Через глазницы облаков смотрит на тебя вечернее солнце. Смотрю и я. И спешу спуститься к тебе по утлой лесенке и, пробравшись по грязной глинистой тропке через камыши, оказаться на бежевой полоске песка. (далее…)